Зрительское голосование за лучший стих о любви
Прием стихов на тему любви был закончен 30 августа, но участники продолжают до сих пор выкладывать произведения на конкурс. Прошу обратить внимание, что произведения, выложенные с 31 августа, членами жюри не оценивались. Но мы уверены, что участниками конкурса они не остались не замеченными, и вы в любой момент можете обсудить чужое стихотворение или попросить рецензию на свое.
Каждый конкурс радует новыми именами не только нас, как организаторов, но и участников, которые могут познакомиться с новыми лицами и их творчеством.
Члены жюри в один голос сказали, что в этом мини-конкурсе представлен сильнейший состав поэтов. Выбирать лучшие из лучших было не только очень сложно, но и очень интересно.
Выбирать победителя конкурса будет жюри международного конкурса «Золотая строфа», участник, занявший первое место, получит премию в размере 3 000 руб.
А двух других победителей определите вы, уважаемые участники и зрители конкурса, путем рейтингового голосования. Финалист, занявший второе место получит 3 страницы в альманахе «Золотая строфа: стихи о любви». Конкурсант, занявший третье место, получит 2 страницы в этом же альманахе.
http://zolotayastrofa.ru/almanah/almanah_love2.php
Перед вами опрос, а ниже стихи финалистов. Выбирайте лучшее на ваш взгляд стихотворение, и голосуйте со 2ого по 5 сентября.
6 августа мы подведем итог голосования. Не пропустите!
-
|
Марьяна Высоцкая |
12 (22,22%) |
|
Иван Зозуля |
9 (16,67%) |
|
Мара Шмидова |
7 (12,96%) |
|
Ольга Романова |
7 (12,96%) |
|
Наталья Нечаянная |
6 (11,11%) |
|
Светлана Дидух |
5 (9,26%) |
|
Сергей Готтрайх |
4 (7,41%) |
|
Валентин Евстафьев |
3 (5,56%) |
|
Владимир Лавров |
1 (1,85%) |
|
pni2006 |
0 (0,00%) |
СТИХИ УЧАСТНИКОВ:
Марьяна Высоцкая «Все хорошо»
Мне хорошо без тебя. Хорошо, говорю тебе. Ну, ей Богу!
Записалась на капоэйра, еще на йогу.
Он выгуливает меня как йоркшира, как бульдога,
Или какие там в моде породы собак?
Он покупает мне платья. Я предпочла бы фрак,
Но тут либо платья, либо вообще никак.
Он курит со мной один и тот же табак.
И на этом, видимо, наши сходства подходят к концу.
Мне хорошо без тебя. Мне без тебя к лицу.
Я в мыслях к тебе обращалася по отцу
И мне это помогло от тебя отдалиться.
Месяц назад мы летали с ним за границу.
На фотографиях я нежна и румянолица.
Я читаю таблицы Брадиса. Там, в таблицах,
Ничего не понять, словно Брадис о нас с тобой.
Мне хорошо без тебя. Я без тебя - зверобой.
Мой экстракт - антидепрессант, антимордобой.
Он выставляет меня на показ, как спасскую башню.
Он гордится мной. Так гордится, что мне аж страшно.
Он выжигает тебя во мне, как бурьян на пашне.
Видишь, он всё-таки смог меня одомашнить.
Мне хорошо без тебя. Не мокро мне без тебя, не слизко.
И когда он смотрит мой список контактов, то в этом списке
Он боится увидеть тебя. Он сидит по-баптистски
И молится, чтобы мой телефон молчал.
Мне хорошо без тебя. Я без тебя - причал
Для сбившихся, потерявших начало начал.
Я дрессировщик для тех, кто совсем одичал.
Мне хорошо без тебя. Просто знай, просто будь спокоен.
Я, не смотря ни на что, не меняла коек.
Мой мир по прежнему уравновешен и многослоен.
А если город внутри разрушен, так мы построим.
И о прошлых цивилизациях в нём ни-ни.
Ты не звони мне, пожалуйста, не звони.
Когда от дикорастущих лесов остаются сухие пни -
Ищут саженцы и другие ладони для сжатия пятерни.
Сергей Готтрайх «Колыбельная»
Не кусайся мошка,
не пищи комар.
Не мяукай кошка,
вспоминая март.
Всем –
пропасть,
стереться!
Чтоб ни «хрю»,
ни «кря»!
Не толкайся сердце,
не сопи ноздря.
Не роняйте розы
на пол лепестки.
Не волнуйся воздух,
не рождайся стих…
Тишина…
Слепая…
Не тревожь ничем
Ту-что-засыпает-на-моём-плече…
Владимир Лавров «Спи»
перестроиться телом своим неуклюжим
в иную субстанцию – в куст сирени
под твоим окном – как хочу быть нужным
нежным виться вокруг коленей
когда ты выйдешь шелком соцветий
пятилистником счастья ласкать твои губы
быть таким же наивным как малые дети
еще не познавшие мир этот грубый
уметь как они верить в сказку в легенду
в то что есть существует любовь неземная
о которой поют мне Малер и Гендель
Шопен и Скрябин нет я не знаю
тех композиторов что так неистово
рвут мое сердце этим созвучием
ветром мелодии бьющейся в листья
и доводящей меня до падучей –
этот восторг на грани припадка
даже растения чувствовать могут
как это больно и как это сладко
врастать в твою плоть окунаться в омут
бездонных глаз целовать твои клеточки
родинки впадинки капельки пота
как ты уверенно входишь девочка
в жаркое царство тирана-Эрота
нет никогда не увянет цветенье
бесстыжей сирени вокруг этих юных
упругих сосков и точки сплетенья
солнечной страсти с забвением лунным –
как я безумен в своем распаде
на атомы счастья но мне его мало
я снова тянусь к тебе прости Бога ради
спи моя девочка ты устала
Светлана Дидух «Русская любовь»
Храпит на диване,
носки под столом,
футбол 2:1 и на скатерти пиво.
Голодная Мотя
С поджатым хвостом,
Ребенок-фломастер-обои: «Красиво?»
«Отлично,сынок.
Спать пора».
Пистолет?
Кинжал?
200 граммов кураре, быть может?
Пустые кастрюли.
Все! сил моих нет!
Убила бы гада,
Сумяшесь ничтоже.
Нет, лучше уйду!
Завтра!
К маме!
С детьми!
(На улице бабки зашепчут ехидно!)
А что?
Я уйти не могу?
Черт возьми!
Проклятые бабки! (Стыдно-то, стыдно.)
Устрою бойкот,
замолчу на три дня,
не буду готовить, стирать, убираться.
Попляшет еще, негодяй, у меня!
Фу, детство какое-то, мне не семнадцать.
И наши продули опять, как назло,
(Заштопать носки, бросить скатерть в «стиралку».
на завтрак лапшу, нет, наверное, плов.
Еще бы с утра забежать к бабе Галке.)
Ведь мерзнет, балбес,
Хоть бы ноги накрыл,
Вот так, все же плед я не зря покупала.
Хотя бы, Господь отведи, не простыл.
Достану, пожалуй, еще одеяло…
pni2006 «Бессрочный ангажемент»
Он добродушный и большой,
В вельветовой уютной кофте,
С счастливой на двоих судьбой -
Петь серенады ей одной,
Мечтая грустно на фаготе.
Когда в росу ложится темь,
Он надевает фрак с манишкой,
Смывает грязь пустых проблем
И, насладившись даже тем,
Как скрипнет от футляра крышка,
Любимый, старый инструмент
Вздохнёт и вновь расправит крылья
(Фагота звуки льют абсент),
Бессрочный свой ангажемент
Не прерывает. Инезилья,
Так называет он её,
Выходит на балкон под звёзды,
Он ей напиток подаёт,
Фагот устанет, он споёт...
...С годами кажется, что поздно
Петь серенады. Блеск в глазах
Легко принять за нездоровье...
Быть чудаками мерзкий страх
Не должен обращать во прах
То, что является любовью.
Иван Зозуля «Вот связался с младенцем чертяка я...»
Вот связался с младенцем чертяка я!
Сумасшествия явный симптом,
Что люблю тебя, милая, всякую,
Даже ту, кем ты будешь потом.
Без тебя в этот мир плохо верится,
Но не думай как будто земля
Под тобой, как ей хочется, вертится -
Я кручу этот мир под тебя!
"Навсегда", "никогда" - это ложно всё:
Сроки плоти конкретны вполне.
Мойры точат незримые ножницы,
Только душам скончания нет.
И покуда мой дух не развеется,
Став для Господа чистым листом,
Ты - во мне, вся как есть, разумеется,
Даже та, кем ты будешь потом…
Наталья Нечаянная
***
Если распяли, то поделом. Значит, хватало причин, поди. Грелась вчера под его крылом? Грей нынче панику у груди.
Грей её, тешь её, развлекай. Нежно, с улыбочкой и шутя. Будь с ней покладиста и мягка. Паника ведь - от него дитя.
В панике – генный его набор. В ней – его черти, его черты. Пусть он ушел, как убил, - в упор. Вы остаетесь: она и ты. Вы остаетесь: дитя и мать, пламя и пепел, вода и пар. Что разглагольствовать, понимать?
Пусть ты бескрылая, как Икар. Пусть дико ноет наплечный шов. Пусть растекается в горле вой.
Ты научилась ведь быть большой? Панике лишь предстоит – такой.
Панике столько еще расти. Первое слово и первый шаг. Зайца из солнца сжимать в горсти. Песни любимой мотив – в ушах. Панике – высчитать эту жизнь. Вычислить, вызубрить – как урок. (Дом: в нем до пятого – этажи. Боль: в ней до максимума – курок.)
Впрочем, без максимумов, никак нас не устроит такой расклад. Паника, может быть, и лиха. Но жизнестойка – и это факт.
Жизнепривита не по годам. Жизнезакалиста, всезакал. Правда, бестактная иногда: «Мам, ну зачем он тебя распял?» «Мам, разве можно – тебя распять?» «Мам, что ты мрачная, как смола?»
Я отмолчусь тут (ну раз так пять), и отшучусь, что «еще мала». И отрыдаюсь – чуть-чуть, и всё. И отвоюю, отвою тишь. Паника, в общем, совсем дитё. Как же ей, нежной-то, объяснишь:
Правда читается по глазам, через истерики и года. Тот, кто распятый – виновен сам.
Ибо не_любящих – никогда.
Валентин Евстафьев
На фоне конского хвоста
фотографирует подругу
пацан. С Аничкова моста
вниз капли падают. Упруго
отскакивают от воды
Фонтанки в радужных разводах,
как мимолётные следы
дождливой питерской погоды.
Твой силуэт мелькнёт в окне
троллейбуса. На фотоплёнке
он будет где-то в стороне
от плана первого; на кромке
цветной картинки десять на
пятнадцать сантиметров. Будет
ли ей украшена стена?
Скорее нет. Её осудит
фотограф-профессионал
за композицию и тени.
Пожалуй, правда, кадр пропал,
зря остановлено мгновенье.
А мне он дорог только тем,
что виден в смоге и тумане
в углу на глянцевом листе
твой силуэт на заднем плане.
Мара Шмидова, Только об осени
Я видела осень в твоих глазах:
В них падали капли с осипших лип,
Туманом и ладаном воздух пах,
И плач таксофона сошёл на хрип.
Я видела осень в твоих руках:
Ладонь – перекрестье пяти дорог,
Там бродит пегас в шерстяных носках
И маленький бог до костей продрог.
Сентябрь в затылок тебе дышал,
Ты мне говорил: "Мы давно не те…".
А я потихоньку вязала шарф,
Чтоб было теплее твоей мечте.
А мы ведь могли бы с тобой петь
Без разноголосия, в унисон.
Носили бы мы в волосах медь,
И был бы наш общий сон невесом,
И жили бы мы с тобой у реки,
И спали бы в яблоневой тени…
Но осенью можно писать стихи
Об осени. Только об осени…
Ольга Романова, Полутемная комната...
Полутемная комната.
Неприкрыта кровать.
Вы меня и не вспомните,
Вам нельзя вспоминать.
Полутемная комната.
Незакрыто окно.
И пространство заполнено
Тем, что было в кино.
Полу львы, полу коршуны
В полу жизни моей.
Все забыто и прожито,
Но забыто сильней.
Полумрак, полуобморок,
Полу смех. Полу страх.
Два невидимых облака
В двух забытых мирах.
Закружились, как ангелы
В полу огненной мгле.
И заря окровавлена
Мы одни на земле.
Мы одни в полу комнате.
Нам на время плевать.
Вы меня и не вспомните,
Вам нельзя вспоминать.
Алина Марк. Любимому
За то, что мир отныне не таков,
за то, что свет и радостней и чище,
что бог, который вечно счастье ищет,
играет ветром в гуще тростников,
то гладя их, то просто теребя;
что в парке в золотистой оторочке
мне легкий дождь нашептывает строчки -
благодарю, поверишь ли, тебя…
Кружится хоровод ночных теней,
я даже не шепчу- ласкаю имя…
Когда холодный день тебя обнимет,
я знаю, что мое тепло - сильней…
Благодарю, что яростный огонь
во мне лишь ты легко смирить умеешь -
моя душа, стихая и немея,
вспорхнет и сядет бабочкой в ладонь…
За то, что лед моих усталых глаз
протаял небом - ласковым и синим…
И тихо улыбнусь осенней стыни:
я не была счастливей, чем сейчас…
|
