Высоцкая Марьяна, победитель этапа 3 - 2010

Как Вы узнали о конкурсе «Золотая строфа»? Сомневались или сразу решили участвовать?

Узнала о конкурсе совершенно случайно. Из блога Ксении Корчагиной. Она давно у меня в жж-друзьях, даже не помню откуда. В принципе всё, что знала о конкурсе до участия в нём – почерпывалось тоже из блога Ксении.

Сначала, конечно, сомневалась, так как правила конкурса казались мне чересчур простыми. Не видела в этом особого смысла. Но потом, узнав, какое количество авторов в нём участвуют, сомнения отпали сами собой. Интерес взял верх.

Каждый участник наверняка думает о победе. Вы надеялись на чудо или были уверены в своих силах?

Надеяться на чудо – это слишком эфемерная установка. Я обладаю хорошим аналитическим свойством – в любой ситуации определять свою весовую категорию. Если бы «Золотая Строфа» была не поэтическим конкурсом, а, к примеру, конкурсом эссе на физико-математическую тематику «Золотой Бином Ньютона», то я бы не стала присылать туда свои изыски, какими бы прекрасными они мне не казались.

Поэтому, что касается поэзии, то здесь я полагаюсь скорее на объективность и разностороннюю эрудированность судей, нежели на какую-то чудесную случайность.

Мечтаете ли Вы о профессии поэта? Или это только хобби?

Мне кажется, что поэт – это вообще не профессия. Это, скорее, образ жизни, метод восприятия реальности, карманное зеркало, в котором мир отображается иначе, нежели есть на самом деле. Нет ведь профессии «мать», «друг», «хороший человек».

Получается, если возводить поэзию в профессиональные рамки, то на выходе мы будем иметь «поэтов-домохозяек», а мне с трудом представляется, что может поэт-домохозяйка рассказать более широкой аудитории, чем остальные домохозяйки.

Как Вы начали писать?

Я не отслеживала конкретный момент, когда впервые из меня пролилось что-то схожее с поэзией. Однако, писать в полном понимании этого слова, я начала сравнительно недавно. Года три назад. Тогда я впервые осознала, что несу большую ответственность перед той аудиторией, которая меня читает. И тогда же я с удивлением обнаружила, что мне и самой нравится то, что я делаю. Мне не стыдно ни за одну свою строчку. Мерилом истинности для меня является внутренний вопрос к самой же себе: «Марьяна, ты бы хотела, чтобы это прочитали твои дети?». Положительный ответ ставит всё на свои места.

Самым приятным для меня фактом стало понимание того, что я могу взять от читателей больше, чем читатели от меня. Как бы это эгоистично не звучало, но это правда. Мне приходит очень много писем со словами благодарности. В большинстве случаев, я даже не понимаю, а за что меня, собственно, благодарят, но факт остаётся фактом – тёплые слова это тот вечный двигатель, который даёт мне силы идти дальше и поднимать те темы, на которые и в разговорах с близкими людьми правильных слов не находишь, не говоря уже про поэзию.

Кого можете назвать своим «учителем» в литературе?

У меня нет поэтов-учителей и даже поэтов-наставников. Но есть люди, повстречавшись с творчеством которых, уже невозможно остаться прежним. Они меняют в тебе какие-то особые коды и установки, которые ведомы только им и Богу.

Для меня таким человеком стал Дмитрий Воденников, современный поэт. Я бы охарактеризовала его творчество, как истинно-экзистенциальное. В научном понимании этого термина, а не в эзотерически-популярном. Дмитрий один из немногих, которому удалось донести до читателя межстрочный смысл, при этом никак его конкретно не озвучив. И самое ценное, на мой взгляд, качество Дмитрия Воденникова – это способность говорить любую фразу (какой бы абстрактной или, наоборот, замусоленной она не была) так, как будто это и есть истина в последней инстанции.

Если брать не только поэзию, но и всю литературу в целом, то я давний горбатый поклонник Курта Воннегута. И это во мне, действительно, исправит только могила.

Что вы посоветуете тем, кто боится выставлять свои работы на конкурс?

Посоветую не выставлять. Ни в коем случае не выставлять. До того момента, пока автор не укрепится в собственных силах. Если у человека нет уверенности в том, что он делает, то не следует сразу начинать с оценочных конкурсов. Зачем? Существует масса свободных ресурсов, на которых можно и себя показать и на чужих ошибках поучиться. Самое главное в периоде становления автора «здесь и сейчас» – это быть в окружении своей ровни. Всегда проще увидеть недостатки на чужом опыте, а исправить их уже у себя. Человеку свойственно искать изъяны. У, скажем так, правильно сложившихся авторов - и недостатки практически не видны. Зато у тех, кто находится с человеком на одной и той же ступеньке творческой лестницы, автор сможет вдоволь насладиться ошибками и избежать их уже в собственном дальнейшем творчестве.

По вашему мнению, насколько значим конкурс «Золотая строфа» в современном мире литературы?

Для современного автора, который перерос период поисков себя и укрепился в кокнкретном творческом направлении, этот конкурс, действительно, может стать хорошим фундаментом для дальнейшего развития. Во-первых, конкурс – это, прежде всего, игра, а любой поэт – это ребёнок, которому игры, понятное дело, нравятся. Во-вторых, конкурсы такого плана и масштаба - большая редкость не только в пространстве интернета, но и в той реальности, с которой сталкиваются все русскоязычные авторы. И то, что конкурс завершается изданием альманахов, позволяет поэтам выйти из рамок рунэта и перейти в режим публикующихся авторов.

Как вы думаете, что больше движет авторами, публикующими свои произведения на интернет-порталах: удовлетворение творческих амбиций, жажда славы, желание поделиться своими мыслями, мечты изменить чью-то жизнь?

На мой взгляд, скорее, сетевыми авторами изначально движет творческое одиночество. К этому чувству добавляется жажда внимания к собственной персоне, и, вуаля! – встречайте очередного автора. Давайте говорить начистоту – практически девяносто процентов из того, что люди выкладывают в сеть с тегом «стихи», на деле оказывается мелкопробным ширпотребом с расплывшимися героями, упадочными смыслами, шероховатыми рифмами и прочей атрибутикой «мастерства». Мне сложно представить какое-то другое пространство, как ни интернет, которое бы так благодарно и молчаливо впитывало в себя весь этот творческий комбикорм. Но самое главное – это возможность роста, которую даёт Сеть. И это действительно бесценный опыт.

Откуда берется мода на ту или иную литературу? Как вы думаете, писатели пишут то, что требует публика, или публика читает то, что пишут писатели?

Конечно, мне бы хотелось порассуждать о том, что писатели неподвластны веяниям моды, что они молчаливые неподкупные наблюдатели хода жизни. Но это не будет правдой. Есть литература книжных прилавков. Это та весомая часть современных писателей, которые реагируют на изменения в тенденциях потребителя также молниеносно, как и крысы мутируют при малейшем изменении окружающей среды. Цель у крыс и у этих писателей одна - выжить.

Но есть и другая литература, она не выступает противовесом первой, потому что сил у неё гораздо меньше, но она существует. И, к счастью, она находит своих потребителей. Или потребители находят её.

Вы выбирали произведение из своего прошлого творчества или писали стихотворение под конкурс?

Честно говоря, вряд ли тот метод, которым я руководствовалась при подборе стихов на конкурс, можно назвать отбором. Скорее, методом научного наугадочного тыка в первое из того, что попалось на глаза.

Что можете пожелать участникам 2011 года?

Мне бы хотелось пожелать участникам конкурса искоренить в себе любой страх перед неудачей. Позволю себе процитировать Дмитрия Воденникова, которому удалось уместить всю основную трагедию человеческого существования в следующих строчках:

«Будьте, пожалуйста, счастливы.
И ничего не бойтесь.
Кроме унижения, дряхлости и собачьей смерти.
Но и этого тоже не бойтесь.

Потому что всех тех, кто не выдержал главную битву,
Кто остался в Париже, в больнице, в землянке, в стихах под Москвой,
Все равно соберут, как рассыпанную землянику,
А потом унесут на зеленых ладонях домой...».

С уважением.

Марьяна Высоцкая

Девочки сверху

Мы же сильные девочки, что нам плакать и голосить?!
На свято место всегда претендентов найдётся уйма.
Не хочет? Не надо! Бери пальто, вызывай такси.
Подрастём и напишем о нём в мемуарах: «Три вялых дюйма».
Мы большие девочки. Больше всех этих помещений.
Пусть стучатся в трубу. И наш адрес отныне таков:
Город стёртых и неотвеченных сообщений,
Улица длинных, не принятых нами звонков.
Мы бродящие девочки из дрожжевого теста.
Мы любой январь проживаем сочным густым июнем.
Ну, полежим под его квартирою в знак протеста,
Зато потом встанем, поправим чёлку и гордо сплюнем.
Мы же сильные девочки. Где хотим, там и плачем.
От кого хотим, от того и рожаем детей.
Мы стольких людей послали к чертям собачьим,
Что теперь даже как-то боязно за чертей.
Мы же взрослые девочки. Мы познаёмся в воинстве.
Проигравший, как водится, ловит с окна манатки.
Если мы говорим о каком-то твоём достоинстве,
Значит, мы уже знаем о каждом твоём недостатке.
Мы хорошие девочки. Мы не гордимся победами.
Мы не строим гробниц в чужих душах, не жаждем Голгоф.
Наши враги всегда с нами делятся бедами.
Потому что нам нравится быть причастными к бедам врагов.

Я звучащая девочка. Я мелодия всех гармоник.
Я сама себе друг, сослуживец, кумир и обитель.
Я маленький, бедный, замёрзший слоник.
Пожалей меня, мальчик, пока никто не увидел.