|
|  |  |
|
Борматова Марина
«Моя мама назвала меня в честь Марины Цветаевой и буквально с колыбели читала мне ее стихи. Неудивительно, что я начала писать с 4х летнего возраста, причем моя няня посылала мои стихи то в «Мурзилку», то в «Веселые картинки» Писала я вплоть до замужества, а потом поняла, что это мешает мне быть хорошей женой и матерью, т.к. отбирает слишком много времени и душевных сил, и перестала (по совету Беллы Ахмадулиной «Если можешь не писать, не пиши…») Потом дети подросли, а, главное, подрос муж и понял, что стихи делают меня счастливой» , - рассказала о себе Марина. Кто Ваша Муза? Откуда Вы черпаете вдохновение? О, она даже не одна, а иногда даже не она, а он, в основном, это мои дети и дети моих знакомых. Вы сначала даете название своему стихотворению или пишите его, а потом называете? Сначала все-таки пишу. С каким бы русским поэтом Вы бы хотели познакомиться? С Пушкиным, с Цветаевой, с Маршаком, с Высоцким, а из ныне живущих с А. Усачевым. Какая погода Вам больше всего нравится, Вам по душе больше дождливый умиротворенный или же яркий и солнечный день? Хорошему человеку в любую погоду хорошо, а плохому в любую погоду плохо. Фильмы, какого жанра Вы предпочитаете? Я предпочитаю не жанры, а режиссеров. Стоит режиссеру создать 2-3 созвучных (мне) фильма, как я начинаю ему доверять. Из русских режиссеров я особенно доверяю Марку Захарову и Эльдару Рязанову, а из западных Милошу Форману.
Как Вы узнали о конкурсе «Золотая строфа»? Ни минуты не сомневались в решении принять участия в конкурсе? На сайте «Православие.ру». Давно ждала такую возможность. Зеленоглазка Мята. Сказка, сказка удалая Нанизалась на перо, Прочь печать моя златая, Знаю, голос – серебро. Я серебряную ношу Предоставлю вам на суд, Может, сказки эти тоже На Суде меня спасут? Как в лесу дремучем, страшном, Да на самой, на опушке Приготовила нам брашно Седовласая старушка: Пироги с начинкой дивной И чаек с травою мятной, Кто бывал в лесу старинном, Вечно просится обратно. Речь струится так уютно, Как на думке - на подушке, Сказ ведет и поминутно «Окает» моя старушка: « Ой, да было то давненько, Память стерли злые годы, Помню, ползал на коленках Сын мой первый – воевода. Он, в солдатиков играя, Защищать учился землю, Он потом со всею ратью, Царскому указу внемля, Воевать ушел далеко И доселе не вернулся, Минуло тому полвека, Видно, Бог его коснулся, Да призвал Небесной рати Дополнять число собою, Мне сказал тогда он: «Мати! От тебя теперь не скрою Тайну игр молодецких, Раз пустил стрелу я злату Полетела стрелка дерзко, Да упала прямо в мяту… Поднялась из мяты дева, С изумрудными очами, Видом словно королева, Я судьбы своей не чаял,
Дева надвое делила,
С ней меня соединила… И родился вскоре малый, Словно мать, зеленоглазый, Лепесток пурпурно-алый Дева мне дала от сглазу, Да сказала, что на бой мне Шлет свое благословенье, А про сына, стыдно молвить, Пусть свекровь на день рожденья Каждый год приходит в чащу, Любоваться внуком милым…» Зарыдал он как пропащий, Лоб ему перекрестила, В путь отправила дорогу, Да сама пошла до лесу, Помолилась тихо Богу, Чтоб в лесу сыскать принцессу, Травку с запахом российским, Да еще внучка малого, Путь, конечно, был не близкий, Не подумайте дурного Подошла я на опушку, На пенек присела только, Глядь, передо мной избушка, Со столом и хлебом-солью. Я зашла туда с опаской, Что за сонное виденье: Там сидит Зеленоглазка, Держит внука на коленях. «Вот и бабушка к нам в гости,- Молвила лесная дева,- Заходи, погреешь кости, Да за стол садись-ка смело!» Я уселась, а мальчонка, Паренек такой смышленый, Протянул ко мне ручонки, Подал пук травы зеленой. Дева протянула чашу: «Что ж, испей лесной водицы, Я же шаль твою украшу Тем, что будет век носится.» Шаль со плеч моих снимает, Серебром и изумрудом Нити шали заплетает И кладет ее под спудом. «Ждем тебя на том же месте Через год, иди же с миром» Поклонилась честь по чести И пропала с внуком милым. Шаль взяла я и надела, Приплелась домой под вечер, Только вот какое дело Приключилось с этой встречи, Если люди заболеют, Ищут бабушку седую, Просят травушки зеленой, Я ж на травушку подую, Положу в кипящу воду, Испеку пирог горячий, Дам напиток тот народу На здоровье к славе вящей, Тут же людям полегчает, Сном забудутся, а утром Все старушку величают Лекарем несуемудрым. Год за годом повелось, Я с невесткою встречалась, Внук мой рос себе да рос, Раз подольше я осталась. Внуку стукнуло шестнадцать, Так пригож он и умен, Стал он Папортником зваться, Речь такую молвил он: «Мы прочтем молитвы дружно От рассвета дотемна, Ночку, бабушка, нам нужно Провести совсем без сна, И в заветный час полночный Мы отправимся в дубраву, Да с травинки одиночной Лепесток сорвем кровавый» Так и сделали, однако, Растворился сумрак темный, Лепесток алее мака На моих дрожал ладонях. «Вот теперь ты можешь даже И убитых воскрешать, Несмотря на крепку стражу Все запоры отпирать» Говорит Зеленоглазка И, прощаясь навсегда, Пропадает словно в сказке, Исчезает в никуда… Возвращаюсь из дубравы, Вижу, дом разграблен мой, Шаль разорвана, и травы Сожжены лихой толпой Сына моего второго Заточили под замок, А меня лишили крова: «Мол, терпенья час истек, Мол, проклятая колдунья Насылала порчу всем, Мол, видали накануне Как в траве младенцев ем» Как меня не растерзали Удивляюсь до сих пор, Добры люди в руки дали Мне веревку и топор. Дождалась покрова ночи, Забралась я по стене, Только сын второй не хочет Ничего поведать мне. «Значит, ты меня колдуньей Вслед считаешь за толпой, Мало ли на свете дурней, Успокойся, Бог с тобой, Я врачебное искусство Изучила неспроста, Привожу людей я в чувство Силой Господа Христа И травой земли российской, Нет в моих ладонях чар…» «Дом толпой разграблен дикой, А в груди моей пожар» Заливается слезами Сын мой младший и берет Лепесток двумя руками, Цепи словно нити рвет. Мы бежим в леса дремучи Скрыться от людской молвы, Строит дом мой сын могучий, В нем теперь сидите вы. Пейте чай, пирог вкушайте, Не стремитесь за порог, Головой своей смекайте- Сказка ложь, да в ней намек!
|
|||
